СТАРИЙ КАЛУШ

Русская армия в Великой войне: Фронт сплошных митингов

Обобщенные архивные данные об июньском наступлении 1917 года войск Юго-Западного фронта



Фронт сплошных митингов
Обобщенные архивные данные об июньском наступлении 1917 года войск Юго-Западного фронта
Погожим утром 16(29) июня 1917 года мощная артиллерийская канонада возвестила о начале летней кампании русской армии. Это было последнее наступление русских в первой мировой войне. После продолжительной и интенсивной артиллерийской подготовки войска Юго-Западного фронта предприняли штурм австро-венгерских и немецких позиций в Восточной Галиции у населенных пунктов Зборув и Бржезаны. Первые донесения о достигнутых успехах и взятых трофеях позволили министру-председателю Временного правительства князю Г.Е. Львову в своей телеграмме правительствам союзных держав сделать следующий вывод: "1 июля (18 июня по ст. ст.) показало всему миру силу революционной армии, которая построена на демократических началах и несет идеалы революции" {1}
Забегая вперед, нужно отметить, что радость оказалась преждевременной.
ПЛАНЫ этого наступления вынашивались еще с зимы 1916 года, поскольку действия войск Юго-Западного фронта (лето - осень 1916 г.) под командованием генерала от кавалерии А.А. Брусилова не принесли ощутимого результата, а русская армия понесла огромные потери - до 1,8 млн человек. Положение усугубилось еще и разгромом румынских войск. Только к исходу года удалось восстановить штатную численность войск, призвав на службу 16-18-летних юношей. Тем не менее в Ставке обсуждался план нового генерального наступления, которое коренным образом изменило бы соотношение сил в пользу стран-участниц Антанты. Временно исполняющий обязанности начальника штаба Верховного главнокомандующего генерал от кавалерии В. И. Гурко (генерал от инфантерии М.В. Алексеев был болен) рассчитывал силами Румынского фронта разбить болгарскую армию. А.А. Брусилов, уже отдавший армиям приказ занять Львов и Мармарош-Сигет, рекомендовал подчиненным, не распыляя силы и средства на решение второстепенных задач, достигнуть (ни много ни мало) Константинополя, освободив по пути Румынию и разгромив Болгарию и османскую Турцию. Против столь сомнительного плана выступил главнокомандующий армиями Западного фронта генерал от инфантерии А.Е. Эверт, а не вылечившийся до конца М.В. Алексеев не только не ограничился критикой плана Брусилова - Гурко, но и сде-
[34]
лал по поводу его официальное заявление. Он сказал, что Ставка пытается слепо исполнять волю союзников, отдающих распоряжения из Шантильи {2}
24 января (6 февраля) 1917 года Верховный главнокомандующий император Николай II все же утвердил первоначальный план штаба А.А. Брусилова: главный удар Юго-Западного фронта предполагалось нанести в направлении населенных пунктов Сокаль, Львов и Мармарош-Сигет, вспомогательная роль отводилась Румынскому фронту в Добрудже, Северный и Западный фронты должны были действовать по усмотрению их главнокомандующих {3}
ПОСЛЕ свержения самодержавия в феврале 1917 года и формирования кабинета Временного правительства Верховным главнокомандующим стал М.В. Алексеев, а военным министром со значительно бо'льшими полномочиями, чем раньше, - видный политический деятель А.И. Гучков. К этому времени армия была серьезно ослаблена, а формирование новых дивизий за
[35]
счет выделения из существующих полков четвертых батальонов (без полевой артиллерии) еще не завершилось. Кроме того, начались конфликты между солдатами и офицерами. После того как в конце марта 1917 года немецко-австрийским войскам был сдан Червищенский (Тобольский) плацдарм на реке Стоход, М.В. Алексеев сделал вывод, что русская армия сможет восстановить силы только месяца через четыре {4}
Однако А.И. Гучков и многие другие члены Временного правительства видели залог успеха на фронте в "демократизации" армии и освобождении ее от неугодных лиц. К маю воинскую службу вынуждены были оставить более 120 высших должностных лиц, в том числе 75 начальников дивизий, 35 командиров корпусов, два главнокомандующих армиями фронтов и один помощник главнокомандующего, 8 командующих армиями, 5 начальников штабов фронтов и армий {5}
ПРАВИТЕЛЬСТВЕННЫЙ кризис в апреле 1917 года привел к отставке А.И. Гучкова. Военным и морским министром стал эсер А.Ф. Керенский, наметивший перенести реформу армии в новую плоскость - перейти от войны империалистической к революционной. К тому времени на фронте наступило затишье: немецкое командование активных действий не предпринимало. "...Наш переход в наступление может приостановить развал России", - подчеркивал начальник немецкого генерального штаба генерал-полковник Э. Людендорф {6} Главная австро-венгерская квартира также решила перейти в так называемое мирное наступление:направленные ею парламентеры, достигнув даже штаба 9-й русской армии, активно призывали к миру без аннексий и контрибуций {7}. Особенно массовый характер братания и "солдатские перемирия" носили в пасхальные дни и 1 мая 1917 года. Большевики видели в них важное средство достижения своих политических целей, в первую очередь прихода к власти {8}. Как, впрочем, незадолго до этого, воспользовавшись положением в стране и армии, удовлетворили свои амбиции меньшевики и эсеры, потеснив после апрельского кризиса либералов.
Подавляющее большинство членов Временного правительства считано бывшего военного министра А.А. Поливанова вторым человеком по авторитетности в военной области после А.А. Брусилова. Он подготовил "Декларацию прав солдата", многие положения которой вызывали беспокойство генералитета, поскольку способствовали вовлечению широких солдатских масс в активную политическую жизнь государства. На совещании в Ставке 1(14) мая главнокомандующие армиями фронтов единодушно высказались за переговоры с руководством Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов об отмене "Декларации" и прекращении порочной практики втягивания армии в политическую борьбу. Многие его участники, в том числе А.А. Брусилов, предупреждали власти о собственной отставке, если не будут услышаны. Однако 4 мая 1917 года на переговорах с А.Ф. Керенским, И.Г. Церетели и М.И. Скобелевым А.А. Брусилов неожиданно поддержал линию правительственного кабинета и Петросовета в отношении армии {9}. Вскоре он сменил М.В. Алексеева на посту Верховного главнокомандующего. Это случилось 22 мая (4 июня) 1917 года.
В отличие от М.В. Алексеева, заявившего 21 мая, что "русская армия стала грозной не врагу, а Отечеству", А.А. Брусилов не сомневался в успехе планируемого наступления. Это подтверждают ряд его оптимистических высказываний и последовавшие за ними документы, датированные мартом - маем 1917 года {10}. Поэтому директива о сроках наступления для фронтов не заставила себя долго ждать.
ГЛАВНЫЙ удар предстояло нанести Юго-Западному фронту. 3(16) июня 1917 года новый главнокомандующий армиями фронта генерал-лейтенант А.Е. Гутор поставил войскам задачу в контексте общего плана кампании, утвержденного еще Николаем II, но все же с некоторыми изменениями. Так, 11-я армия должна была наступать на Львов (Лемберг) через Злочув и Глиняны, а 7-я - продвигаться в направлении Бобрки через Бржезаны, охватывая с двух сторон войска 2-й австро-венгерской и Южной немецкой армий. 8-й армии ставилась задача наступать вдоль Карпатского хребта на Калуш и Болехув, оттесняя 3-ю австро-венгерскую армию за реку Стрый. Особой армии отводилась роль по сковыванию, но отнюдь не прорыву обороны немецкой группы армий генерал-полковника А. фон Линзингена. Значительные резервы фронта (4 корпуса) и объединений (по 2 корпуса в 7-й и 11 -й армиях) должны были обеспечить развитие дальнейшего успеха {11}. Серьезной ошибкой, как выяснилось позже, стало отсутствие резерва в 8-й армии. КП фронта было решено развернуть в непосредственной близости от места прорыва - на станции Козова.
Морально-политическое обеспечение наступления полностью лежало на советах и военном министре. Сьезд солдатских комитетов единодушно высказался за решительные действия. Его решение поддержал Петросовет. 6(19) июня А.Е. Гутор обратился к А.Ф. Керенскому: "Считаю долгом высказать убеждение,
[36]
что перед началом наступления необходим как последний нравственный толчок призыв Временного правительства и Совета солдатских и рабочих депутатов в форме приказа в виде телеграммы комиссарам. Все начальствующие лица и солдаты во главе со мной покорно просят Вас посетить войска ударных армий для духовного общения с нами перед генеральным сражением, которому, быть может, суждено сыграть исключительную роль в судьбах нашей обновленной Родины. Если Вы порадуете нас своим посещением, я прошу телеграфировать Ваш желательный день приезда" {12}. Решение было принято: агитпоездка начнется 14-15 (27-28) июня 1917 года.
ВИДНЫЙ русский военный историк A.M. Зайончковский по этому поводу заметил: "В армию вводился новый элемент духовной подготовки в виде революционного экстаза Керенского. Фронт намеченных ударов обратился в фронт сплошных митингов в присутствии военного министра Керенского, места которых усердно и точно отмечались на разведывательных картах германского генерального штаба" {13}. Наступление пришлось отложить на четыре дня. Это дало свой результат. Если в мае австро-венгерское командование довольно точно определило, что группе армий генерал-полковника барона Э. фон Бём-Эрмолли противостоят 36 русских дивизий (из 64), в разной степени подверженных революционной пропаганде, то уже наступление в июне 1917 года проходило в "полном единении между Керенским и ведущими в бой командирами с частым прикрытием командиров комиссарами и комитетами" {14}.
А.А. Брусилов рассчитывал, что спустя несколько дней наступательный порыв войск Юго-Западного фронта поддержат другие фронты. Многие исследователи долгое время приписывали именно ему разработку этой операции, но архивные документы доказывают, что решающая роль здесь принадлежала генерал-майору Н.Н. Духонину (генерал-квартирмейстеру, а затем исполняющему должность начальника штаба армий Юго-Западного фронта). Н.Н. Духонин принимал деятельное участие в разработке большинства наступательных операций, внедрил в войска ряд подробнейших инструкций, в частности по артиллерийскому делу, захвату и удержанию неприятельских позиций и т. д. {15}.
Несмотря на принятые предупредительные меры, противник сумел в основном благодаря перебежчикам получить исчерпывающую информацию о месте, времени и силах, задействованных в наступлении. При этом нужно заметить, что время наступления было выбрано довольно удачно: весной противник перебросил 10 дивизий против итальянских, французских, английских войск и еще 2 на другие участки фронта. На смену им прибыли 5 дивизий, среди которых личный состав лишь одной мог обойтись без отдыха и пополнения. Но это не помешало главнокомандующему войсками на востоке генерал-фельдмаршалу принцу Леопольду Баварскому вовремя укрепить оборонительные порядки: вблизи мест предполагаемых ударов были сосредоточены "пожарные команды" - 8 дивизий армейского резерва (из числа 30 дивизий группы армий Э. фон Бём-Эрмолли) {16}. Такая тактика уже оправдала себя при отражении атак брусиловских войск в августе-сентябре 1916 года.
Ко дню начала боевых действий Юго-Западный фронт насчитывал: 26.094
[37]
Таблица 1 Личный состав и вооружение армий Юго-Западного фронта накануне июньского наступления 1917 года
Личный состав и вооружение
Количество личного состава и вооружения в армиях
7-я
8-я
11-я
Особая
Офицеров
6564
5541
8055
5826
Штыков
232 718
201 215
292 496
166 791
Шашек
11 666
9242
15 624
12 293
Пулеметов
1621
1626
2223
1341
Бомбометов
634
488
673
401
Минометов
219
127
145
77
Орудий
969
780
1026
722
Аэропланов
72
31
86
36
Бронепоездов
-
1
2
2
Бронеавтомобилей
26
7 отделений
5 отделений, 2 дивизиона
8 отделений
Таблица 2 Личный состав и вооружение противостоявших Юго-Западному фронту австро-германских войск накануне июньского наступления 1917 года
Личный состав и вооружение
Количество личного состава и вооружения в армиях
7-я
Группа армий Э. фон Бём-Эрмолли
Группа армий Линзингена
Штыков
87 300
100 300
111 000
Сабель
1450
2080
1400
Пулеметов
1457
1315
1259
Орудий
779
976
940
Бронепоездов
-
3
1
офицера, 932 976 штыков и 50 021 шашку, 6828 пулеметов, 2196 бомбометов и 568 минометов, 3497 орудий, 226 аэропланов {17}.
Силы противника русским командованием оценивались в 466 тыс. штыков, 2510 орудий. Фактически же он имел: 298 600 штыков и 4930 сабель, 4022 пулемета, 2695 орудий, 226 аэропланов {18}.
Таким образом, русские войска добились численного превосходства по всем основным показателям, в том числе по личному составу почти в три раза. Юго-Западный фронт наступал только на участке, обороняемом группой армий Э. фон Бём-Эрмолли.
[38]
11-я армия генерал-лейтенанта И.Г. Эрдели, противостоящая преимущественно 2-й австро-венгерской армии, основные усилия сосредоточила в направлении населенного пункта Злочув (зона ответственности немецкого генерала от инфантерии А. фон Винклера) и против 54-й австро-венгерской дивизии из состава Южной армии. Для этого выделялись 17, 6, 49-й армейские корпуса, для развития успеха - 1-й гвардейский и 5-й армейский корпуса. Всего: 173 679 штыков и 3902 шашки, 1283 пулемета, 345 бомбометов и 69 минометов, 1 бронепоезд, 50 аэропланов, 3 отделения и 1 дивизион бронеавтомобилей. Противник располагал 77 200 штыками, 950 саблями, 927 пулеметами, 500 гранатометами и 240 минометами, 539 орудиями, 48 аэропланами {19} На направлении главного удара русские войска превосходили неприятельские по численности в шесть раз.
В СОСТАВЕ 7-й армии генерала от инфантерии Л.Н. Бельковича наступали 7-й Сибирский, 22-й и 41-й армейские корпуса, в резерве находились 2-й гвардейский и 34-й армейский корпуса. Всего: 168 554 штыка, 1905 шашек, 1086 пулеметов, 429 бомбометов, 170 минометов, 731 орудие, 23 бронеавтомобиля, 70 аэропланов. Им противостояли 25-й австро-венгерский (55-я дивизия), 25-й резервный немецкий и 15-й турецкий корпуса, входящие в Южную армию генерал-полковника графа ф. фон Ботмера. Всего: 41 900 штыков, 510 сабель, 397 пулеметов, 332 гранатомета, 168 минометов, 371 орудие, 2 бронепоезда, 48 аэропланов {20}.
Артиллерийская подготовка не принесла желаемых результатов. При значительных повреждениях оборонительных сооружений людские потери противника оказались минимальными. Он вел эффективный ответный огонь и подавил несколько батарей перед фронтом 7-й армии. За истекшие двое суток у него появилась возможность подтянуть к линии фронта 3 дивизии из резерва.
18 июня (1 июля) 1917 года в 3 ч 30 мин утра противник, осведомленный о времени начала наступления, обрушил огонь артиллерии 3 дивизий на позиции 11-й армии на рубеже: Конюхи - Зборув. Не удивительно, что первые атаки русских войск оказались безуспешными, но после полудня артиллерия 6-го армейского корпуса сумела достойно ответить на вызов. Обстрел продолжался до 5 ч. утра следующего дня (по некоторым данным, тылы и артиллерийские позиции 9-го австро-венгерского корпуса подверглись газовой атаке). В 9 ч. вечера очередные усилия русских войск наконец увенчались успехом. Была прорвана оборона противника у с. Конюхи, на стыке 54-й и 19-й пехотных дивизий. Тем самым удалось достичь значительного превосходства в силах - на неприятельский полк приходилось по соединению. Отбив контратаки, 4-я и 16-я дивизии окружили 81-й пехотный полк, Украинский легион и штурмовой батальон 54-й дивизии. Личный состав был взят в плен {21}
7-я армия после самой мощной с начала наступления артподготовки несколько продвинулась вперед, но к вечеру и в ночь на 19 июня (2 июля) немецким и турецким войскам удалось остановить ее и отбросить на исходные рубежи. Уже в первый день боев Э. фон Бём-Эрмолли задействовал все корпусные и даже часть фронтовых резервов (более дивизии). Едва наметившийся успех вызвал эйфорию в тылу. Временное правительство, I съезд Советов, многие общественные организации, а также частные лица спешили поздравить отличившихся.
Однако они явно поторопились: потери были велики, кроме того, 7-я армия задействовала половину резервов. Жарким утром 19 июня (2 июля) южнее Зборува выдвинулся 49-й армейский корпус генерал-лейтенанта В.И. Селивачева в составе 4-й и 6-й Финляндских стрелковых, 82-й пехотной дивизий и Чехословацкой стрелковой бригады. Их поддер-
[39]
жала 35-я пехотная дивизия 17-го армейского корпуса. Основной удар приняла на себя 19-я австрийская дивизия, но артиллерия ее уже участвовала в бою за Конюхи. В то же время после мощного обстрела многие австрийские солдаты оказались заживо погребенными под развалинами блиндажей и в обвалившихся траншеях. Артиллерия 32-й дивизии противника спешно покинула позиции, и к полудню финляндцы окружили, а к 14 ч пленили солдат и офицеров 86-го полка на выс. Могила. Чехословаки же атаковали 35-й и 75-й полки противника, сформированные из чехов. В них сдалось в плен 113 офицеров и 4463 солдата. Здесь, у д. Езержанка, удалось прорвать две неприятельские линии обороны и продвинуться на 5 км.
2 июля считается днем рождения чехословацкой армии (праздник отмечался до 1939 г.). По мнению чешского историка Ф. Штайдлера, в этот день "чехи с обеих сторон выполнили свой долг". 9-й корпус недосчитался 10 тыс. солдат и офицеров и был усилен 96-й немецкой дивизией {22}. К сожалению, 7-я армия развить успех так и не смогла. Также было остановлено продвижение и 11-й армии, которая закрепилась на рубеже: ст. Зборув - с. Зарудье - с. Ходув -с. Конюхи {23}.
ВЫНУЖДЕННАЯ остановка армий не прошла бесследно: командующего 7-й армией генерала Л.Н. Бельковича сместили с должности, его сменил генерал В.И. Селивачев, отличившийся в боях за Зборув. Полоса наступления 11-й армии была расширена: 22 июня (4 июля) активные боевые действия начал 5-й Сибирский корпус, состоящий из 50-й пехотной, 6-й и 22-й Сибирских стрелковых, 6-й гренадерской дивизии. Он превосходил 12-ю ландверную немецкую и 27-ю австро-венгерскую пехотную дивизии по численности личного состава вдвое при одинаковом количестве артиллерии. Однако его атаки также
[40]
Таблица 3 Потери армий Юго-Западного фронта в боях 18-22 июня (1-4 июля) 1917 года
Армии
Убито
Ранено
Контужено, отравлено газами
Пропало без вести, дезертировало
7-я
104*
2452
456
12 920
157
33
3408
1118
28
-
6294
419
11-я
84
2410
394
14 680
33
-
1811
-
11
-
2329
83
Всего:
188
4862
850
27 600
190
33
5219
1118
39
-
8686
502
* В числителе - офицеры, в знаменателе - солдаты.

не увенчались успехом (6-я гренадерская дивизия вовсе отказалась идти в бой). На следующий день вышли из подчинения гвардейские полки, а также финляндцы. 24 июня командующий 11-й армией генерал от кавалерии И.Г. Эрдели телеграфировал в штаб Юго-Западного фронта и Ставку: "...В большинстве полков... господствует определенное убеждение, что они свое дело сделали и вести непрерывно дальнейшее наступление не должны... Не могу замалчивать эту сторону дела, так как она параллельно с волей противника и едва ли не больше, чем она, мешает проведению в жизнь оперативного плана... Сегодня и завтра я введу в дело свой последний резерв - 5-й корпус, после чего в моем распоряжении не останется свежей пехоты, на которую я мог бы опереться в дальнейших действиях. Ходатайствую о скорейшем усилении армии свежими войсками". Его позицию разделял и главнокомандующий армиями Юго-Западного фронта А.Е. Гутор: "Вновь доношу, что общий голос всех комитетов и начальствующих лиц, что для успешности наступления необходимы пополнения и достаточные резервы" {24}.
Однако А.А. Брусилов на этот счет имел свое мнение: "Войск на Юго-Западном фронте больше, чем нужно. При условии, что укомплектования разбегаются и самовольно уходят в тыл, никакое усиление резервами не поможет, ибо эта мера увеличит лишь число беглецов. Нужно применить все меры, чтобы не допускать этого позорного явления, восстанавливать порядок в оттянутых резервах и вводить их опять в бой. Другого средства нет" {25}. Фронт получил лишь 34 тыс. человек из всего маршевого состава. Оставалась последняя надежда на активные действия 8-й армии.
8-я армия с 23 июня (5 июля) вела артподготовку и разведку боем. Ее командующему, генералу от инфантерии Л.Г. Корнилову, дополнительно придавался 33-й армейский корпус: 2-я и 4-я Заамурские пограничные дивизии для овладения Галичем; 12-й армейский
[41]
корпус: 1-я Заамурская пограничная, 11, 19, 56, 117, 164-я пехотные, 3-я Кавказская казачья и Кавказская туземная конная дивизия, которым предстояло наступать на Калуш. Южнее боевые порядки замыкал 16-й армейский корпус - 41, 47, 160-я пехотные, 7-я кавалерийская дивизии, Осетинская пешая бригада и стрелковые части кавалерии. В общей сложности наступающие располагали 128 587 штыками, 9446 шашками, 1000 пулеметами, 330 бомбометами и 78 минометами, 475 орудиями, бронепоездом, 7 броневыми отделениями, 3 авиаотрядами. Противостоящая им 3-я австро-венгерская армия генерал-полковника К. фон Терстянски занимала позиции вдоль р. Быстрицы-Солотвинской (54 200 штыков, 800 сабель, 741 пулемет, 432 гранатомета и 272 миномета, 441 орудие, бронепоезд, 24 аэроплана) {26}. Имея двукратное превосходство в пехоте Л.Г. Корнилов сумел сосредоточить у Станиславува под началом генерала от инфантерии В.А. Черемисова вдвое больше орудий и обеспечить почти семикратное превосходство в личном составе над 15-й пехотной дивизией противника. Разведка представила командованию исчерпывающую информацию о составе и силах противостоящей группировки, резервах.
ВСЕ ЭТО позволило достичь успеха. 25-27 июня (7-9 июля) русские войска после успешной артподготовки, в том числе с применением химических снарядов, сумели сломить сопротивление противника и овладеть двумя линиями обороны. 27 июня был занят г. Галич. Командующий 19-й пехотной дивизией генерал-майор П. В. Черкасов вспоминал: "Австро-германцы оказывали упорное сопротивление, расстреливая в упор наших солдат. За первой линией окопов на опушке леса... была сильно укрепленная вторая, внутри леса; здесь были устроены тщательно замаскированные завалы в виде кольцевых окопов, обнесенные проволочными заграждениями, на деревьях были устроены платформы из щитов для пулеметов, в одном же месте на дереве было размещено даже три пулемета. В окопах же захвачены были пулеметы с прикованными к ним людьми... На каждом шагу ... я был свидетелем высокой доблести и стойкости духа солдата и офицера. В тылу шатались лишь единицы. Все с дружными криками "Вперед, товарищи, вперед!" бросались на выстрелы. Пощады врагу не было" {27}. Высокий боевой дух войск не остался незамеченным и штабом фронта: "Сопротивление противника вызывает большое озлобление в наших войсках, беспощадно истребляющих всех сопротивляющихся. Поведение наших войск выше всякой похвалы: офицеры идут впереди, вследствие чего убыль их очень велика" {28}. Что касается противника, то 15-я австрийская дивизия в этих боях потеряла 7000 человек и 43 орудия. Ее в первый же день сменила 83-я немецкая дивизия, а из Румынии прибыла 8-я баварская резервная дивизия. Для укрепления оборонительных порядков генерал-полковник К. фон Терстянски приказал отвести войска за р. Ломницу. 28 июня (10 июля) на посту командующего 3-й австро-венгерской армией его сменил генерал-полковник К. Кржитек. Автомобильным транспортом на угрожаемый участок перебрасывается 48-я резервная бригада. Из вновь прибывших немецких войск спешно создали группу под началом генерал-лейтенанта Л. Зигера, но и ей оказалось не под силу удержать третью линию обороны у Калуша. 29 июня (11 июля) русские войска заняли город {29}.
Однако наступательный порыв вновь поддержан не был. 11-я армия несла серьезнейшие потери, а в 7-й неповиновение приобрело массовый характер. Участились случаи выхода из строя артиллерийских систем, особенно тяжелых. А.Ф. Керенский негодовал: орудия, поставляемые союзниками, на 35 проц. некачественные и разрываются даже при низкой интенсивности огня. Что касается подкрепления, то А.А. Брусилов вновь ответил отказом, мотивируя его тем, что резервы Ставки необходимы другим фронтам. Однако наступление последних из-за солдатских волнений перенесли на 3-9 (16-22) июля {30}. Наконец, положение усугубилось проливными дождями.
Настоящий погром, учиненный победителями в Калуше, стал серьезным предупреждением о полном моральном разложении войск. В такой непростой обстановке А.Е. Гутор решил усилить группировку Л.Г. Корнилова 2-м гвардейским корпусом и повернуть 8-ю армию на Рогатин, в тыл Южной армии противника. Но маневр явно запаздывал, у Калуша уже были сосредоточены значительные силы генерала от инфантерии К. фон Лицмана (23 550 человек и 140 орудий). В ночь на 3 (16) июля Калуш пришлось оставить {31}.
Несмотря на то что фронт неприятелю удалось удержать, наступление русских войск обескровило противника. Южная армия потеряла в этих боях (до 5 июля 1917 г.) 49 офицеров и 1690 солдат убитыми, 154 офицера и 6383 солдата ранеными, 105 офицеров и 4145 солдат пропавшими без вести {32}. Соединения 2-й армии недосчитались 20 710 человек, 175 пулеметов и 83 орудия. Большой урон был нанесен и 3-й армии. К 1 (14) июля войска Юго-Западного фронта захватили в плен 834 офицера и 35 809 солдат противника, 93 полевых и 28 траншейных орудий, 403 пулемета, 44
[42]
миномета и 45 бомбометов, 3 огнемета, 8 ружей-пулеметов, 2 аэроплана {33}
Чтобы предотвратить новое наступление русских войск, немецкая Главная квартира выделила необходимые силы генерал-фельдмаршалу принцу Леопольду Баварскому. В район Злочува прибыли 1-я и 2-я гвардейские, 5-я и 6-я пехотные дивизии с Западного фронта и 22, 42, 92-я дивизии и Лейб-гусарская бригада из группы армий Линзингена. Всего противник сосредоточил на участке Звижин - Конюхи 92 500 штыков, 1173 пулемета, 2390 сабель, 240 тяжелых минометов, 935 орудий. Им противостояли 5-й Сибирский, 5, 6, 17, 25, 49-й армейские и 1 -й гвардейский корпуса 11-й армии - всего 155 853 штыка, 3879 шашек, 1329 пулеметов, 379 бомбометов и 93 миномета, 616 орудий. Каждая противоборствующая сторона располагала одним бронепоездом. В воздухе господствовала немецкая авиация: с запада была переброшена 1-я истребительная эскадра летчиков-асов. Кроме того, немецкое командование недостающее число пехоты компенсировало созданием на участке прорыва перевеса в личном составе в 2,5 раза, а в артиллерии - в 14 раз! {34} В предвкушении легкой победы в район боевых действий прибыл даже кайзер Вильгельм II.
УТРОМ 6(19) июля по передовым позициям 6-й гренадерской и 6-й Сибирской стрелковой дивизий было выпущено 90 тыс. снарядов, в том числе химических. На вторую линию обороны обрушилось уже 250 тыс. снарядов и мин {35}. Такой шквал огня вызвал растерянность и панику у обороняющихся. Оставшиеся в живых спасались бегством. Только в 6-й гренадерской дивизии были пленены 85 офицеров и 2900 солдат {36}. Локальная неудача способствовала распространению паники и новой волне неподчинения. Направляемые резервы не сумели оказать необходимую помощь сражающимся. Оставшись без поддержки, они поспешно оставляли позиции. Сыграла свою негативную роль и вражеская пропаганда. Немцы распространяли листовки, в которых утверждалось, что их контрудар только ответ на нарушение русскими генералами якобы заключенного весной тайного перемирия (до открытия Учредительного собрания). Наступление противника исключительно в Восточной Галиции и Буковине косвенно подтверждало это.
А.А. Брусилов, до конца еще не осознавший последствий случившегося, продолжал считать А.Е. Гутора паникером. "Не допускаю мысли, что между сосредоточенными в районе прорыва частями не нашлось доблестных и верных долгу полков, которые бы не остановили небольшие части противника, наступающие только потому, что перед ними отходят, - писал А.А. Брусилов в одном из распоряжений. - Приказываю не только принять все меры к тому, чтобы остановить наступление противника, но энергично перейти в контратаку и восстановить положение..." {37}. Ставка запретила отход 7-й армии, и ей угрожало окружение, так как к исходу 8 (21) июля немецкие войска подошли к Тарнополю. Глав-
[43]
ликомандующии армиями Юго-Западного фронта генерал-лейтенант А.Е. Гутор был снят с должности. Его сменил генерал от инфантерии Л.Г. Корнилов, которому предоставлялось право отвода армий для "сокращения фронта". 9(22) июля командующий 11-й армией вступил в командование Особой армией, а командующий последней генерал от инфантерии П.С. Балуев принял под свое начало 11-ю. В это же время В.А. Черемисова назначили командующим 8-й армией. Части 1-го гвардейского и 45-го армейского корпусов заняли оборону на Серете у Тарнополя и Трембовли. Остальные войска отходили в направлении Бучача и за Быстрицу.
10(23) июля 1917 года главнокомандующий армиями Юго-Западного фронта генерал от инфантерии Л.Г. Корнилов запретил всякого рода митинги "в сфере боевых действий, а в случае попыток собрать [приказал] считать их незаконными сборищами и рассеивать таковые". Отметив в следующем распоряжении, что "наши свободные революционные войска во многих случаях, забыв свой долг перед Родиной, самовольно отходят с позиций" или отказываются исполнить приказ "выдвинуться из резервов на поддержку соседям", он заявил: "Нашей великой Родине и свободе, завоеванной кровью народа и армии, угрожает страшная опасность. Самовольное оставление позиций, непроявление необходимой стойкости и упорства и неисполнение боевых приказов считаю изменой Родине и революции. Приказываю всем начальникам в подобных случаях, не колеблясь, применять против изменников огонь пулеметов и артиллерии. Всю ответственность за жертвы принимаю на себя, бездействие же и колебание со стороны начальников буду считать неисполнением их служебного долга и буду таковых немедленно отрешать от командования и предавать суду" {38}.
На 11 июля планировалась контратака. Но противнику накануне удалось форсировать Серет, и гвардия без боя оставила Тарнополь. 12 (25) июля была прекращена оборона Трембовли. Сформированная из тех сил, что остались от корпусов 8-й армии (обороняли карпатские перевалы), 1-я армия, чтобы не быть окруженной, также отошла. Учитывая столь серьезное положение, Л.Г. Корнилов потребовал от Ставки и Временного правительства "немедленного прекращения наступления на всех фронтах для сохранения и спасения армии и для ее реорганизации на началах строгой дисциплины, дабы не жертвовать жизнью немногих героев..." {39}.
К этому времени стало очевидным, что идея А.А. Брусилова о генеральном наступлении оказалась несостоятельной. Однако 10-я армия Западного фронта уже начала артподготовку 6 (19) июля, которая продолжалась три дня и была весьма эффективна. Правда, несколько десятков орудий не выдержало такой нагрузки и вышло из строя. 9 (22) июля пехота поднялась в атаку, преодолела первую линию обороны и возвратилась на исходные позиции. Потери только за один день с нашей стороны составили 10 тыс. человек. Соединения армии недосчитались 50 пулеметов, 20 бомбометов. В плену оказалось до 2000 солдат и офицеров. На следующий день с потерей еще 1500 человек атаки прекратились.
НА СЕВЕРНОМ фронте 5-я армия смогла начать активные боевые действия только 10 (23) июля. Ее командующий генерал от инфантерии
[44]
Ю.Н. Данилов выражал сомнение в целесообразности такого шага: "Наступление на Юго-Западном фронте захлебнулось; на нашем Западном фронте дела, видимо, не клеются. Наконец, очередным и самым насущным вопросом является оздоровление Петрограда и тыла... Без этого оздоровления продолжение войны немыслимо и это должно быть осознано власть имущими". В подтверждение сказанного наступающие отказались продвигаться далее первой линии противника и возвратились в свои окопы, потеряв при этом более 12,5 тыс. человек. В то же время они пленили около 200 неприятельских солдат и офицеров {40}. В целом противник потерял севернее Припяти 7000 человек.
Лишь на Румынском фронте удар 2-й румынской и 4-й русской армий по австро-венгерским войскам увенчался успехом. Однако он был недолговременным. Подтянутые резервы при пятикратном превосходстве в пехоте лишили наше наступление перспективы. 12 (25) июля А.Ф. Керенский распорядился, ссылаясь на Л.Г. Корнилова, приостановить продвижение вперед. Вскоре немецкие и австро-венгерские войска сами перешли к активным действиям против Румынского фронта, но сумели лишь возвратить утраченные позиции и незначительно потеснить русско-румынские части. Бои на этом участке продолжались до начала сентября. Армии Румынского фронта потеряли более 150 тыс. солдат и офицеров, противник -47 тыс. {41}.
После отхода 11 -й армии в направлении севернее Збаража основное внимание противника было приковано к Днестру. К 18 (31) июля 1917 года армии Юго-Западного фронта отступили за р. Збручь, а южнее от Днестра - до Прута и Серета (к государственной границе).
Попытки противника закрепиться на нашей территории оказались тщетными: за родную землю солдаты и офицеры готовы были стоять насмерть. Это совпало с ослаблением наступательного порыва немецких войск, испытывавших трудности в снабжении и пополнении свежими силами. 8-я армия вскоре была передана Румынскому фронту, а штаб 1-й вновь вошел в состав Северного. К 23 июля (5) августа армии Юго-Западного фронта насчитывали 28 216 офицеров, 665 355 штыков и 46 296 шашек, 5512 пулеметов, 1804 бомбомета и 437 минометов, 2709 орудий {42}. Немецкое командование решило не возобновлять наступательные операции на данном театре военных действий до осени. В плену у противника оказалось 655 офицеров и 41 300 солдат, было захвачено: 257 орудий, 191 миномет, 546 пулеметов, более 50 тыс. винтовок, 14 бронеавтомобилей и 2 бронепоезда {43}
18 (31) июля 1917 года А.А. Брусилов был смещен с поста Верховного главнокомандующего и откомандирован в распоряжение Временного правительства, что фактически означало отставку. Спустя несколько дней его заменил Л.Г. Корнилов, сумевший на деле доказать, что способен более успешно организовать действия войск Юго-Западного фронта. Такая мера кажется вполне оправданной: важная наступательная операция первой мировой войны провалилась. Львов остался в руках неприятеля. Сказалась прежде всего недостаточная и кратковременная подготовка личного состава. Обучение новобранцев в тылу приходилось начинать с нуля. Опрометчивым было также решение направлять на фронт из внутренних округов запасные полки в полном составе (впервые за войну). В действующей армии такие части в обязательном порядке расфор-
[45]
мировывались, делились на команды, которые уже и прибывали в качестве пополнения. Существовали серьезные проблемы со снабжением войск всем необходимым. Случались перебои с водой, что приводило к массовым заболеваниям. Верховный главнокомандующий часто с высоты своего положения не замечал имеющихся трудностей и слабых мест в летней кампании 1917 года, а главное - недостаточно внимательно следил за управлением фронтами. За время отступления армии Юго-Западного фронта потеряли убитыми 215 офицеров и 4293 солдат, 897 офицеров и 29 036 солдат были ранены, контужены и отравлены газами. Пропавших без вести и дезертировавших насчитывалось 373 офицера и 39 446 солдат (без 1-й армии). Было оставлено на поле боя более 100 тыс. винтовок, 166 пулеметов (без 11-й армии), 105 минометов и бомбометов, 129 орудий, 11 бронеавтомобилей и 6 аэропланов {44}.
ОБЩИЕ потери с нашей стороны были еще внушительнее. Армии Юго-Западного фронта начали наступление, имея резерв 38 тыс. человек, но в действующих частях и соединениях некомплект только в пехоте составлял 204 300. За время боевых действий фронт получил в качестве пополнения 236 475 солдат и офицеров (414 маршевых рот и 31 запасный полк), но к 1 (14) августа 1917 года неукомплектованность уже составляла 238 900. Следовательно, войска фронта недосчитались за этот период 271 075 человек. Столь высокие потери также подтверждаются данными санитарной службы: до 21 июля (3) августа через перевязочные пункты на передовой и тыловые медучреждения (Юго-Западный фронт) прошло 192 562 раненых {45}.
Насколько велика была необходимость наступления для России и ее армии?
Последняя оказалась в крайне сложном положении. Различные силы старались вовлечь военнослужащих в политическую жизнь. Слабо ориентируясь в происходящем, люди в погонах нередко использовались нечистоплотными политиками в своих целях. Армия зачастую становилась козырной картой в борьбе за власть. В то же время в военном ведомстве создавались новые институты, которые должны были сыграть позитивную роль в его обновлении и укреплении. Бездействие властей, безусловно, способствовало разложению в армейских рядах, но одновременно помогало менее болезненно избавиться от шкурничества, а также наиболее деморализованных, разуверившихся во всем людях. Создалась обстановка, когда в ряды защитников Отечества могли влиться и получить необходимую подготовку наиболее идейные и преданные идеалам демократии граждане. Однако в высшем военном руководстве находилось немало сторонников старых монархических порядков, культивировавших барство, право окрика, стремление к победе любой ценой, т. е. то, что уже приводило к неудачам в предыдущие три года войны.
[46]



Создан 01 сен 2011



  Комментарии       
Имя или Email


При указании email на него будут отправляться ответы
Как имя будет использована первая часть email до @
Сам email нигде не отображается!
Зарегистрируйтесь, чтобы писать под своим ником